Российское информационное агентство
поиск по статьям и новостям

В ритме «Дилижанса»

13.09.2017, 4:45      Новости Самары
Виктор Мартынов – о театре, музыке и городе ТольяттиЯ не знаю, кто я в большей степени – режиссер или музыкант. Музыка со мной - с рождения. Всегда что-то сочинял, что-то напевал. Я и в «Дилижанс» пришел сначала звукооператором

16 сентября исполняется сорок лет художественному руководителю тольяттинского театра юных зрителей «Дилижанс» Виктору Мартынову. У самого театра в этом году тоже юбилей. Ему – двадцать пять. В жизни и того и другого происходит немало интересного...

«Поймать» Чехова

- Вы учились у знаменитого питерского театрального режиссера и педагога Зиновия Яковлевича Корогодского. Как отразились уроки мастера на дальнейшей вашей творческой судьбе?

- У меня вообще ощущение: все, что я знаю о театре, идет от него. Как режиссер, он предпочитал спектакли, выросшие из сценических эскизов. Условный театр. Но это не значит, что он всех нас учил работать именно так. Не нужно отождествлять Корогодского-педагога и Корогодского-режиссера. Нашей дипломной работой был спектакль «Маленькие трагедии». Я бы не сказал, что это был спектакль в стиле Корогодского. Он был поставлен в 2000 году в духе провокационной эстетики. Это был Пушкин без привязок к какому-то конкретному времени, к бытовым подробностям. Здесь была какая-то иная реальность. И хоть спектакль был далек от Корогодского по стилю, и он, и его помощники очень внимательно отнеслись к этой работе.

- Сейчас много спорят по поводу того, как сделать литературную классику близкой современному зрителю. У вас в театре ведь немало спектаклей по классике. Что думаете об этом?

- Бывает по-разному. Например, в »Герое нашего времени» я решил не выходить из рамок лермонтовской эпохи. А в «Риголетто» мы ушли в сторону от исторического антуража. Там был создан свой собственный мир. «Слуга двух господ» – это театр в театре, где действие происходит и в наши дни. Сейчас я работаю над спектаклем «Три сестры» по Чехову. Мне не хочется осовременивать его. Там современность спрятана внутри. И мы все вместе с актерами находим в пьесе те смыслы, которые интересны нам сегодня.

- А какие это смыслы лично для вас? Ведь пьеса часто ставится. Каким образом вы предлагаете зрителю взглянуть на нее по-новому?

- Вы знаете, у меня ощущение, что в Тольятти 90 процентов людей, если не больше, вообще не знают этой пьесы. В школе ее не проходят. А самостоятельно мало кто пьесы Чехова читает. Мне интересна история героев этой пьесы с точки зрения современного жителя города. Города Тольятти, самого крупного города в стране, не являющегося областным центром. Тольятти - кузница творческих людей. Город «горит», а тепло уходит куда-то в сторону. Самые активные люди отсюда быстро уезжают. И, мне кажется, у многих жителей города – талантливых людей, которые хотели бы уехать в столицу, но по разным причинам не могут, – есть нереализованные амбиции. И это сказывается на ощущении городской жизни. Как таким людям здесь жить? Мне кажется, это как раз ситуация «Трех сестер».

- Иногда, вспоминая об этой пьесе, говорят: «Вот сестры мечтают: «В Москву… В Москву…» Что же им мешает? Сели на поезд да поехали…»

- На самом деле многое мешает. Мешают обстоятельства жизни. А потом брат начинает проигрывать деньги, и уже нет материальной возможности уехать. И эта мечта - перебраться в Москву - от них удаляется, удаляется. Заканчивается тем, что вся семья разбита на куски. И если у кого-то из них и получится уехать в Москву, это уже не будет воплощением той мечты, которая грела их раньше. Это будут ее осколки. Но при этом крахе они находят в себе силы жить. Об этом я и хочу сделать спектакль – об умении жить вопреки всему. Об умении желать жить, что бы вокруг ни происходило. Сестры сами создают вокруг себя этот столичный запах и вкус жизни. И Москва для них – здесь и сейчас, а не где-то там, далеко.

- У Чехова в пьесах переплетаются комическое, трагическое и лирическое начало. Как-то незаметно они переходят друг в друга. Как с этим будет у вас в спектакле?

- Пока не понимаю. Ищем. Вообще, очень сложно работать с Чеховым. Я знал, что будет сложно. Но не знал, что настолько. Есть большое опасение – не «поймать» Чехова. Он весь на грани. Чуть-чуть в одну сторону – будет пошло. Чуть-чуть в другую – будет скучно. Нужно так тонко чувствовать его… Мы уже много репетировали. Но бывают такие репетиции, когда ничего не клеится. Нет никакой жизни, никакого взаимодействия между актерами. Приходим на следующую репетицию – и бац! – что-то начинает складываться. Это настолько актерский спектакль, что я порой чувствую себя бессильным перед теми процессами, которые от меня не зависят. Если кто-то один будет не в том самочувствии, не в том настроении, все может тут же рассыпаться. И даже не от актеров только это зависит – зависит от всех нас, от всей команды.

- То, что в театре проходит фестиваль «Премьера одной репетиции», где актеры могут себя реализовать в качестве постановщиков, вам, как режиссеру, больше помогает или мешает?

- Пока все нормально. Мне удается «задавить» актеров своим авторитетом, если возникают разногласия. Но я понимаю, что, возможно, в будущем у меня это уже не получится. Если серьезно, для театра фестиваль - это, конечно, полезно. Хотя мне иногда говорят, что мы опасную игру затеяли с этим фестивалем. И что актерская свобода может обратиться против театра. Но нам удается сохранить дух команды. Думаю, это будет и в дальнейшем. Если не начнется растаскивание нашего общего труда на личные амбиции и награды, когда каждый будет озабочен только тем, чтобы показать, что он круче других. Театр – это храм, и все мы здесь служим. Престижные премии, которые получают наши актеры – Зубаревы, Костя Федосеев, – это наши общие премии. Я рад, что они сами их так воспринимают.

Законы гармонии едины

- Возвращаясь к «Трем сестрам». В ваших спектаклях большое значение имеет музыка. А в этом?

- Пока репетируем вообще без музыки. Но мы с нашим звукорежиссером Юрием Ковшовым уже начали работать над музыкальным оформлением спектакля. Думаю, это будут четыре музыкальные композиции, которые прозвучат на переходах между актами, чтобы создавать нужную атмосферу. Ковшов, мне кажется, - очень талантливый рок-музыкант, он записал около десятка музыкальных альбомов с группой «Воздух!» и сольных. Его музыка проста и в то же время глубока. Я поставил ему задачу - сделать музыкальные композиции для гитары, без всяких аранжировок. По стилю в них должны соединяться романсы конца девятнадцатого века с музыкой группы «Пинк флойд». Само действие спектакля будет идти без музыки. Важна музыкальность в жизни персонажей. В тех ритмах, которые возникают в ходе их общения.

- Ко многим вашим спектаклям вы сами пишете музыку…

- Честно говоря, я не знаю, кто я в большей степени – режиссер или музыкант. Музыка со мной - с рождения. Всегда что-то сочинял, что-то напевал. Я и в «Дилижанс» пришел сначала звукооператором. Мне казалось, что быть звукооператором в театре - это хорошая возможность записывать свои песни. Ведь здесь аппаратура. Потом меня «вытащили» на сцену, я стал актером. А потом и режиссером.

- Вы не находите, что в спектакле и музыкальном произведении есть нечто общее?

- Конечно. Законы гармонии едины. Спектакль, как и музыкальное произведение, развивается во времени и имеет свои внутренние ритмы. Оба эти вида творчества мне близки. Режиссура - это то, что кормит. Это мое ремесло. Музыка – хобби.

«Нирвана» - моя молодость

- Ваш музыкальный стиль?

- Рок, панк-музыка. В последнее время – электро-панк. Иногда это близко к бардовской песне. Вообще, каждая песня - в своем стиле.

- На публике выступаете?

- Перед друзьями, и то крайне редко. Я автор песен, работающий исключительно «в стол». В запись.

- Есть планы все это собрать и выпустить альбом?

- Есть такая мечта, которая все время отдаляется. Для этого нужно оказаться в ситуации безделья. Пока ее нет. Работы много. И вообще, в театре у нас рук не хватает. Так что дождусь пенсии и займусь рок-музыкой (смеется).

- А кто вам близок из рок-музыкантов?

- Ничего оригинального. Из отечественных – Летов среднего периода, весь БГ, ранний Кинчев. Из иностранных исполнителей – «Битлз», «Роллинг стоунз», «Пинк флойд», «Тирекс». Люблю арт-рок семидесятых годов, нравятся Джингл Джейн, Кинг Кримсон. Ну и, конечно, группа «Нирвана». Это моя молодость...

Престижные премии, которые получают наши актеры – Зубаревы, Костя Федосеев, – это наши общие премии. Я рад, что они сами их так воспринимают

Я работаю над спектаклем «Три сестры» по Чехову. Мне не хочется осовременивать его. Там современность спрятана внутри

Источник: www.vkonline.ru
 Читайте также:
Мнение редакции интернет сайта yodda.ru никогда не совпадает с мнением, высказаным в новостях.

Пользовательское соглашение   |   Контактная информация   |   Города   |   Отели
Copyright © 2014-2016 yodda.ru - региональное информационное агенство
Яндекс цитирования